«Арабские революции» и ситуация в Сирии



Дата07.01.2021
өлшемі75 Kb.



«Арабские революции» и ситуация в Сирии

(Долгов Б.В.)


Сирия стала еще одним звеном в цепи протестных выступлений, сотрясающих арабский мир с начала 2011 г., и получивших, тем не менее, поэтическое название «арабская весна». В то же время каждое из них имеет свои особенности, обусловленные спецификой страны, ее исторического развития, социально-экономической и политической ситуацией, влиянием внутренних и внешних факторов. Что касается Сирии, то ситуация здесь во многом отличается от того, что происходило в других, затронутых «арабской весной» странах, таких, как Тунис и Египет. В Сирии акции протеста начались в марте 2011 г. с демонстраций против произвола полиции в г. Дараа, расположенном на границе с Иорданией и Израилем. Они рапространились на другие города Сирии, где манифестанты требовали демократизации и социально-экономических реформ. Вскоре выступления протеста переросли в столкновения с силами правопорядка и призывам к свержению правящего режима. Башар Асад, ставший президентом Сирии в 2000 г. после смерти своего отца Хафеза Асада, и переизбранный на второй срок в 2007 г, объявил о предстоящем проведении реформ в социально-экономической и политической сфере. Затем в Дамаске и в ряде других крупных городах Сирии, таких как Алеппо, Латакия, Хомс, Хама прошли митинги и демонстрации в поддержку президента Башара Асада. Однако антиправительственные манифестации и столкновения с полицией продолжались и принимали все более ожесточенный характер. Акции протеста имели место в ряде городов Сирии, в основном пограничных с Иорданией, Ливаном, Турцией. Наиболее драматические события произошли в г. Джиср аш-шугур (50 тыс. жителей), на границе с Турцией, где погибли около 120 сотрудников службы безопасности и полиции. Оппозиционные режиму силы заявляли, что эти сотрудники якобы, отказавшиеся «стрелять в народ», были расстреляны сирийской армией. Официальные власти обвинили в их гибели «вооруженных боевиков-террористов, проникших в Сирию из-за рубежа» и направили в Джиср аш-шугур армейские подразделения, которые вошли в город после перестрелки с боевиками, часть которых отошла в горные районы. Боевые действия вызвали массовый (около 10 тысяч) исход жителей Джиср аш-шугур в соседнюю Турцию, где для них были созданы специальные лагеря беженцев. Необходимо отметить, что значительная часть этих беженцев вскоре возвратилась в Джиср аш-Шухур. Франция, Англия, США осудили действия сирийского руководства, охарактеризовав его как «подавление требований демократических реформ». Франция выступила с инициативой проекта резолюции СБ ООН по введению против Сирии санкций, аналогичных, принятым против Ливии.

Автору этих строк довелось посетить Сирию в конце августа 2011 г. в составе российской делегации и увидеть представленные сирийской стороной фотографии и документальные видеосъемки, подтверждающие террористическую деятельность антиправительственных вооруженных группировок. А именно, сцены казни захваченных боевиками полицейских и военнослужащих, их изуродованные холодным оружием тела, убитых мирных жителей, захваченных боевиками в качестве заложников, сожженные автомашины скорой помощи, рейсовые автобусы, разгромленные административные здания, а также захваченное у боевиков оружие, в том числе, автоматы, винтовки, противотанковые гранатометы, бутылки с зажигательной смесью, ручные пулеметы, автомашины-джипы, в том числе с номерными знаками государств Персидского залива.



В ходе визита мы посетили гг. Дамаск и Хаму (250 км.от Дамаска, 4-ый по величине город в Сирии), который в течении десяти дней (31.07 – 10.08.2011г.) находился в руках антиправительственных вооруженных группировок (1). В результате нападения боевиков в Хаме были разгромлены здания Офицерского клуба, Прокуратуры и полицейского изолятора временного содержания заключенных. При этом, по заялениям официальных сирийских источников, были зверски убиты многие захваченные во время погромов работники административных и правоохранительных органов, а также солдаты и офицеры сирийской армии, причем некоторые из них погибли вместе с семьями. В г. Хомс в августе 2011 г. группа вооруженных боевиков обстреляла полицейский пост у здания городской мэрии в тот момент, когда из нее выходила длегация представителей ООН, находившихся с визитом в Сирии, в результате чего двое полицейских были убиты (2). В этой связи необходимо отметить, что города Хама и расположенный неподалеку Хомс известны, как район действий сирийских Братьев-мусульман. В 1980-е гг. радикальные течения сирийских Братьев-мусульман пытались поднять антиправительственный мятеж в этих городах. Так например, в 1982 г. г. Хама стал центром антиправительственных выступлений Братьев-мусульман, в ходе которых исламистские боевики громили административные здания, совершали убийства представителей власти, общественно-политических деятелей и представителей интеллигенции лево-демократических взглядов. Эти выступления в тот период были жестко подавлены армией.

В то же время необходимо признать, что в Сирии существуют социально-экономические и политические проблемы. После проведенных руководством Сирии рыночных экономических реформ в сирийском обществе углубляется расслоение. С одной стороны появляются нувориши, с другой стороны увеличивается число неимущих. В Дамаске и Хаме можно видеть бедные кварталы наряду с великолепно обустроенными районами, где проживает государственно-политическая и бизнес элита. Существует недовольство правящим режимом у части населения. В частности определенные группы интеллигенции, в том числе творческой, выступают против авторитарного, с их точки зрения, характера власти. Как например, сосредоточение всей полноты власти в руках президента. Причем он, являясь председателем правящей Партии арабского социалистического возрождени (ПАСВ), не избирается на всеобщих выборах, а становится президентом по результатам всенародного референдума, на который партия ПАСВ выставляет кандидатуру будущего президента, срок мандата которого составляет 7 лет и число мандатов не ограничивается. Нынешний президент Башар Асад получил свой второй мандат в 2007 году. Несмотря на то, что в Сирии формально существует многопартийная система и в сирийском парламенте представлены семь политических партий, тем не менее, согласно конституции, партия ПАСВ является правящей и все другие партии должны поддерживать ее политический курс. В то же время среди причин протестных выступлений в Сирии социально-экономический аспект, так же как и в Ливии, не является основным. На первое место здесь можно поставить недовольство всевластием алавитского семейства Асадов, стоящих у власти в Сирии более 40 лет, и соответственно, протекционизмом и коррупцией во властной верхушке (уровень которых все же меньше, чем он был в Тунисе и Египте при прежних режимах), отсутствием реальных демократических свобод. В то же время правящая в Сирии ПАСВ, доктрина которой представляла собой синтез арабского национализма, ислама и элементов социализма, уделяла достаточное внимание решению социально-экономических проблем. В Сирии было введено бесплатное медицинское обслуживание, бесплатное образование, относительно низкие цены на продукты питания, достигнут приемлемый уровень жизни для большей части населения. Показателем того, что значительная часть сирийских граждан выступает за сохранение существующего режима, стали проходившие летом и осенью 2011 г. в различных городах, в том числе, в Дамаске многочисленные митинги в поддержку Башара Асада, собравшие десятки тысяч человек. Социально-экономическая ситуация в Сирии отличается в лучшую сторону по сравнению с Тунисом и Египтом, где имел место системный кризис. По данным МВФ на 2010 г. ВВП на душу населения в Сирии составляет $4.800, прирост ВВП – 2,3%. Уровень безработицы хотя достаточно высок – 20%, а среди молодежи - до30%, но он ниже, чем в Тунисе и Египте, где безработица среди молодых людей до 30 лет достигала 50%. В Сирии к тому же гораздо ниже, чем в Тунисе и, особенно, в Египте процент безработных дипломированных специалистов. Достаточно высок образовательный уровень сирийского общества – процент грамотных среди лиц старше 15 лет достигает 86% (для мужчин) и 73,6% (для женщин). Продолжительность жизни составляет 70 лет. Инфляция колеблется в пределах 2%. Поэтому ситуацию в Сирии нельзя определить как внутренний социально-экономический и политический кризис. Тем не менее, необходимо признать, что положение, при котором одна политическая или этно-конфессиональная группировка стоит у власти десятки лет и пользуется всеми властными привилегиями, естественно способствует развитию коррупции, непотизму, злоупотреблениям властных структур, а также отрыву и неспособности власть имущих видеть насущные интересы общества и вовремя решать назревающие проблемы. Наряду с этим, несмотря на имеющиеся в Сирии внутренние проблемы, основным фактором, дестабилизирующим обстановку в стране, на наш взгляд, является внешний, так как внутри страны значительная часть населения поддерживает руководство Сирии и его политический курс. Предложенный сирийским президентом национальный диалог, в котором могут участвовать различные политические силы, представляется достаточно позитивным шагом. В августе 2011 г. сирийским руководством были приняты важные законы, а именно, закон о политических партиях, о всеобщих выборах, о средствах массовой информации, о местном самоуправлении. На общенациональном референдуме, прошедшем 26.02.2012 г. одобрена новая конституция, за которую проголосовали 89,4% имевших право голоса, при явке в 65% (3). Причем в новой конституции отменена статья, провозглашавшая руководящую роль правящей партии ПАСВ. Таким образом, практически выполнены все основные требования конструктивной оппозиции. В программе по выходу страны из кризиса сирийским руководством выдвинуты меры по дальнейшему экономическому развитию, воплощению в жизнь принятых законов, расширению национального диалога, углублению демократизации с учетом интересов всех сирийских граждан, в том числе курдов. Причем курдская община в Сирии определена как «часть сирийской арабской общественной ткани» (4). Курды составляют 9% 20 миллионного населения Сирии, и часть из них не имеет сирийского гражданства. Поэтому отношения с курдской общиной является достаточно важным элементом внутренней политики правительства Сирии.

Что касается внешних факторов, воздействующих на ситуацию в Сирии, то необходимо подчеркнуть, что Сирия, будучи союзником Ирана, который соответственно рассматривается США и Израилем в качестве враждебного государства, и поддерживая палестинские группировки, противостоящие Израилю, является достаточно активным участником глобальной политики. Соответственно имеются внешние силы, которые пытаются влиять на внутри-сирийский кризис для достижения своих целей. Для стран Запада, вероятно, была бы желательна смена режима в Сирии и, соответственно, изменение ее политического курса. В то же время суннитская Турция соперничает за лидерство в данном регионе с шиитским Ираном. И ослабление Сирии, имеющей давние со времен ирано-иракской войны союзнические связи с Ираном, в том числе, на конфессиональной основе (правящий режим в Сирии состоит, в основном, из представителей алавитской общины, одного из направлений шиизма), соответствует турецким интересам. В то же время правящая партия и руководство Турции, представленное умеренными исламистами (премьер-министр и президент Турции - выходцы из ассоциации Братьев-мусульман) в какой-то мере симпатизируют сирийским Братьям-мусульманам, находящимся в оппозиции правящему режиму в Сирии. Наряду с этим, в Турции, позиционирующей себя как региональный центр силы и, в определенной мере, даже как лидера исламского мира, не забывают, что Сирия на протяжении 400 лет (с ХVI века до конца Первой мировой войны) входила в состав Османской империи. Страны Персидского Залива, противостоящие шиитскому Ирану, и видящие в нем потенциальную угрозу со времен иранской исламской революции 1979 г., занимают примерно такую же позицию. В связи с этим можно вспомнить неоднократные обвинения Сирии в поддержке международного терроризма, в частности, ливанского шиитского движения Хизбалла и палестинского Хамас, звучавших со стороны руководства США (как предыдущего, так и нынешнего). Аналогичные обвинения звучат в адрес Сирии со стороны Израиля. При этом необходимо отметить, что Сирия является практически единственной из всех противостоявших Израилю арабских стран, которая не заключила с ним мирного договора (Египет и Иордания заключили таковой соответственно в 1979 г. и в 1994 г.), хотя переговоры по этому вопросу между Сирией и Израилем велись уже давно. Оккупация Израилем с 1967 г. части сирийской территории (Голанские высоты) является еще одной болевой точкой, создающей напряженность в отношениях между Сирией и Израилем. Со своей стороны правые партии Ливана и, прежде всего Движение 14 марта, возглавляемое Саадом Харири, обвиняющие Сирию в причастности к убийству в 2005 г. премьер-министра Ливана Рафика Харири (отца Саада Харири) и не желающие возвращения сирийского влияния в Ливан, также настроены против нынешнего сирийского режима. Напротив, блок ливанских партий и движений и, прежде всего, Хизбалла, противостоявших израильской военной акции на юге Ливана в 2006 г., поддерживают руководство Сирии, оказывавшее им тогда существенную помощь. Что касается отношений между Сирией и Иорданией, несмотря на то, что обе страны находились в «одном окопе» во время всех арабо-израильских войн, тем не менее, ввод в 1970 г. сирийских войск на территорию Иордании для поддержки базировавшихся там палестинских военизированных организаций, которых иорданский король Хусейн решил выдворить из Иордании, так как они, по мнению тогдашнего иорданского руководства угрожали королевской власти, создавали напряженность в отношениях двух стран. Также в настоящее время в Иордании проживают десятки тысяч сирийцев-иммигрантов, часть которых пострадала от режима Б.Асада и настроена к нему враждебно. По этим причинам напряженность между Сирией и Иорданией, имеющей кроме того приоритетные отношения с США (американское посольство в г. Аммане является самым большим на Ближнем Востоке, откуда США осуществляют мониторинг региона) в достаточной степени сохраняется.

Необходимо признать, что против Сирии ведется открытая информационная война. Многократно повторяемый показ телеканалами Аль-Джазира, Аль-Арабийа, Евроньюс, СNN кадров (как правило сделанных камерами с мобильных телефонов, где невозможно определить место происходящих событий) с изображением массовых антиправительственных демонстраций, их подавления, пострадавших демонстрантов, передвижением по улицам городов бронетехники создает впечатление, что вся Сирия охвачена антиправительственными демонстрациями, которые жестоко подавляются войсками, что во многом не соответствует действительности. Причем ни один из этих телеканалов ни разу не предоставил свой эфир правительственным сирийским СМИ. За все время нашего пребывания в Сирии и посещения городов Дамаск и Хама мы не видели ни одной массовой антиправительственной демонстрации, ни одного раненого на улице демонстранта, ни одной единицы бронетехники. Тем не менее, безусловно, оппозиция режиму существует.



Сирийскую оппозицию условно можно разделить на три направления – внутренняя или, как ее лидеры себя называют, «патриотическая», требующая реализации объявленных реформ и согласная на диалог с властями. Внешняя - представленная Сирийским национальным советом (СНС), созданным в октябре 2011 г. в Турции, в который по различным данным вошли 140 представителей от внутри-сирийской и зарубежной оппозиции (причем опубликованы фамилии только 70 из них). Как заявила в Стамбуле Басма Кадмани, одна из представителей сирийской оппозиции, СНС «является своего рода национальной ассамблеей, которая будет исполнительным органом и в тоже время органом, осуществляющим контакты с иностранными правительствами». В СНС входят представители либерально-демократических кругов, части курдской общины, программным требованием которой, озвученном во время визита делегации сирийской оппозиции в Москву 26.06.2011г., является «получение таких же прав, которые имеет курдская община в Ираке», и Братьев-мусульман. Причем последние являются здесь наиболее структурированной и влиятельной силой. СНС возглавляет Буркан Ганьюн, преподаватель из Сорбонны сирийско-французского происхождения. Главным требованием СНС является уход от власти Башара Асада. Третье направление – это радикальная оппозиция, главной целью которой является отстранение от власти нынешней правящей группировки любым способом, в том числе, вооруженным путем. При этом, судя по экстремистскому и террористическому характеру их действий (канал Аль-Джазира транслировал кадры с манифестантами, в руках у которых можно было видеть плакат с надписью на арабском языке «Мы хотим казни Асада»), у данной категории оппозиции отсутствует какая-либо программа дальнейших демократических реформ кроме лозунга свержения режима. Радикальная оппозиция представляет собой отряды вооруженных боевиков, состоящих как из сирийских граждан, так и, по заявлениям сирийских официальных источников, наемников из других арабских и мусульманских стран (в том числе из Афганистана и даже из мусульманской диаспоры Европы), финансируемых и вооружаемых из-за рубежа. Одна из таких вооруженных группировок, называющая себя «Свободная сирийская армия», совершила в ноябре 2011 г. нападение на штаб-квартиру службы разведки сирийских ВВС, в результате которой погибли 6 ее сотрудников.

Продолжается давление на Сирию со стороны стран Запада, требующих ухода от власти Башара Асада. Наложение Россией и Китаем «вето» на проект резолюции, фактически предполагавшей реализацию «ливийского сценария», вероятно, спасло Сирию от бомбардировок НАТО. Тем не менее, Лига арабских государств (ЛАГ), представители которой провели переговоры с Б. Асадом, создали Комитет по диалогу, призванной содействовать нахождению консенсуса сирийского режима с оппозицией, по инициативе Саудовской Аравии и Катара, приостановила на своем экстренном заседании 12 ноября 2011 г. членство Сирии в ЛАГ. Наряду с этим ЛАГ требует от сирийского руководства «прекратить насилие», что равным образом, как заявил С.Лавров, министр иностранных дел РФ, необходимо требовать и от сирийской оппозиции. Тем не менее, на встречах министров иностранных дел ЛАГ разработан пакет санкций против Сирии, включающих в себя «ограничение авиасообщения стран-членов ЛАГ с Сирией, сокращения сотрудничества с сирийским Центробанком, замораживание счетов Сирии, запрет на въезд в страны ЛАГ некоторых высших сирийских чиновников» (5). Король Иордании Абдалла II, в свою очередь, призвал Башара Асада уйти от власти и, в то же время, предложил ему участвовать в проведении демократических реформ. В то же время по разным данным, более 60% населения Сирии поддерживает руководство Б.Асада. Ситуация вокруг Сирии остается сложной. Исход противостояния сирийской правящей группировки, пользующейся поддержкой значительной части общества, с радикальной оппозицией, в значительной степени поддерживаемой извне, во многом зависит от лояльности армии и правоохранительных структур правящему режиму, а также позиции великих держав-постоянных членов СБ ООН и, в частности, России. Наихудшим вариантом дальнейшего развития событий может быть усиленно проталкивемое ведущими членами НАТО принятие резолюции СБ ООН, осуждающей Сирию, и, соответственно, реализации «ливийского сценария» в Сирии. Такую позицию никак нельзя назвать конструктивной. Некоторые эксперты и среди них Дан Шефтан, директор Центра по проблемам безопасности в г. Хайфе, известный израильский специалист по арабскому миру называют эту политику «абсурдной и основанной на иллюзиях». В то же время очевидно, что политика Запада, ведущая фактически к дестабилизации арабского мира, созданию здесь политического хаоса и внутреннего противоборства, в какой-то степени может быть тактически выгодна странам Запада в плане облегчения им доступа к арабским нефтяным и газовым ресурсам и Израилю в плане устранения потенциальных военных противников (Ирак и, возможно, Сирия, которая поддерживала Хизбаллу во время израильской военной акции на юге Ливана в 2006 г. и поддерживает палестинские антиизраильские группировки), тем не менее, в стратегической перспективе ведет к усилению радикального исламизма. Так по сообщениям английских СМИ, главой Военного совета г. Триполи в вооруженных формированиях ливийских повстанцев являлся Абдель Хаким Бель Хадж. Он - бывший «национальный эмир» Вооруженных исламских ливийских групп. Эта ливийская радикальная исламистская группировка, сотрудничавшая в 1990-е гг. с алжирскими исламистскими экстремистами из Вооруженных исламских групп (ВИГ) и Салафитской группы для проповеди и борьбы (СГПБ), осуществляла террористические акции в Ливии в 1990-е гг. и была связана с Аль-Каидой. Известно также, что в ливийских тюрьмах содержались до 600 исламистких боевиков, осужденных за терроризм. В настоящее время, по сообщениям из Ливии, все заключенные освобождены. Известно, что после падения режима Каддафи в Ливии находится большое количество бесхозного оружия, в том числе ракеты класса Земля-воздух. По сообщениям зарубежной прессы, десятки комплектов этого оружия бесследно исчезли, имеются также данные, что часть ливийского оружия попала в руки радикальных палестинских группировок и уже используется ими. Предотвратить опасность попадания оружия в руки экстремистских группировок призвала Гос.секретарь США Х.Клинтон в своем обращении к ливийскому Национальному переходному совету (НПС), заявив, что НПС должен «обеспечить контроль над складами оружия в Ливии и усилить борьбу с экстремизмом». Недавняя новейшая история уже знает примеры попытки использования странами Запада радикальных исламистов для достижения своих стратегических целей – поддержка боевиков Бен Ладена в их «джихаде» против афганского просоветского режима в Афганистане. Для США такая поддержка исламского радикализма обернулась терактами 11 сентября 2001 г. Известно также, что афганскими «борцами за свободу» (так называли исламистских муджахидов в прессе США) около 2 тысяч комплектов поставляемых им из США ракетно-зенитных комплексов «Стингер» было продано Ирану. Очевидно, что доступ к ливийским арсеналам исламистов может привести к активизации террористической деятельности их радикальных группировок, причем не только на Ближнем Востоке и в Израиле, но и против США и стран ЕС.

В случае гипотетического падения правящего режима в Сирии здесь, весьма вероятно, будет наблюдаться ситуация, аналогичная ливийской, так как в Сирии так же как в Ливии, достаточно велик арсенал оружия, которое так же как и в Ливии, может попасть в руки радикальных исламистов. При таком исходе в Сирии также возможна активизация исламистского экстремизма. Причем она может быть направлена как против Израиля, так и против России. Еще одним результатом возможного крушения нынешнего сирийского режима станет потеря Россией своего, пожалуй, единственного союзника на Ближнем Востоке вместе с военно-морской базой в г.Тартусе и выдавливание отсюда российского бизнеса, как это происходит в Ираке и весьма вероятно произойдет в Ливии. Возможно, в настоящее время политика в отношении Сирии не является приоритетной для России. Однако внешняя политика великой державы, каковой Россия является (хотя бы по размерам ее территории, обладанию ядерным оружием и постоянным членством в СБ ООН) должна базироваться на долгосрочных интересах. Сирия, занимая стратегически важное положение в регионе и являясь потенциальным проводником экономических и военно-политических интересов России на Ближнем и Среднем Востоке и в бассейне Средиземноморья, должна занимать достаточно важное место в российской внешней политике. В этой связи совершенно очевидно, что современная российская политика в отношении Сирии, как и всего ближневосточного региона, должна быть очень взвешенной и учитывать все возможные последствия.

Примечания
1.http://www.ahram.org.eg 27.07.2011

2.Аль-Баас (Возрождение - араб. яз). Дамаск., 23.08.2011. С.1

3.http://www.thawra.alwehda.gov.sy 28.02.2012

4.Ас-Саура (Революция – араб. яз.). Дамаск., 22.08.2011. С.1



5.Euronews. 27.11.2011


Достарыңызбен бөлісу:


©netrefs.ru 2019
әкімшілігінің қараңыз

    Басты бет